Не прошло и полгода, как вслед за отцом умирает мать. Цыганка сказала, что твои родители умрут друг за другом. Один от болезни второй от тоски. Так оно и получилось.
Дом наш, двух подъездный старый, соседи все дружные и всегда принято было помогать в беде друг другу. Все участвовали в организации похорон, все помогали, как могли.
Рядом с нашим домом было кафе, которое принято было у нас заказывать на все помины, юбилеи или общие советские праздники.
Готовили там вкусно и не дорого. Пригласил я всех соседей, заказал стол и, мы с хорошими воспоминаниями помянули мать по всем положенным обычаям.
Говорили, что мать болела и может оно и к лучшему, что господь Бог забрал её к себе. «Отмучалась»- так все наши бабушки считали. Помянули и по квартирам разошлись.
Поздно вечером я пришёл домой. Теперь только вещи напоминали о родителях. Посуда, которую мать берегла и очень любила её, кастрюли и сковороды. Даже половая тряпка из старого халата мамы, навевала грусть и на глазах наворачивались слёзы.
Сел на диван задумался, немного грустно и одиноко стало на сердце. Ни о чём не думая подошёл и включил телевизор. Сам лёг на диван и попытался понять, что показывают?
Передача была не для того, чтобы смотреть с таким настроением, после поминок. Концерт, пели что-то, плясали и в телевизоре был настоящий праздник.
Вдруг я обратил внимание, что открытая форточка, своим шпингалетом, закруткой, чеканит по стеклу. Не сильно, но довольно громко. Надо поправить, не хочется, но вставать надо. Не даст этот стук спать всю ночь.
Подхожу к окну и вижу, что шпингалет не достаёт до стекла и вообще нет сквозняка, чтобы трясти створку. Странно!? И тут я понимаю, что звук чеканки идёт не от окна, а от стоящего рядом на ножках старого телевизора.
Вижу, когда присмотрелся повнимательней, что трясётся комнатная антенна на телевизоре, которая стоит на двух ножках, согнутых буквой «Г».
Так колдыбается на месте, как будто её ветром гоняет. Не думавши, я поднял антенну и передвинул резиночки — амортизаторы на ножках, чтобы они стояли по- другому и не позволяли трястись.
И тут до меня дошло. Антенна будет колебаться из стороны в сторону, только тогда, когда кто-нибудь будет хоть слегка трясти телевизор. Меня охватила оторопь.
— Ох! Мам прости. Задумался и совсем не сообразил, что сделал — проговорил я вслух.
Утром пришли ко мне мои родственники. Тётки, одна по матери, а другая по отцу. Я им тут же рассказал, что произошло с вечера. Как тряслась антенна и, как я догадался о причине этой тряски.
Утром, греша на поезд, который проходил рядом по железной дороге, я прыгал около телевизора, создавая тряску. Передвигал резиночки на ножках антенны и опять прыгал, но антенна так и не стала трястись.
Правильно говорят, что покойник до девяти дней присутствует дома. Все мои сомнения развеяли мои тети. Одна рассказала, что когда похоронила мужа, то ночью по квартире кто-то ходил.
Гремел на кухни посудой и в прихожей с крючка упал зонт. В однокомнатной квартире у неё кровать стояла за шкафом. Комната, как бы была перегорожена.
Так вот он ходил везде, но как подошёл только к шкафу, который отделял кровать, остановился, задумался и повернул обратно. К утру шаги стихли, но, когда рассвело, моя тетя обнаружила зонт, который валялся на полу в прихожей.
Вторая тётка тоже вдова, сказала, что её муж тряс торшер рядом с кроватью, так что думала абажур оторвётся. Вот хмель сыграл со мной злую шутку. Веришь не веришь, а свой долг перед родителями помни, даже если их уже нет в живых.
http: Самиздат Моисеенков А.В.
5
