Белфорд задыхался в липком страхе. Габриэлла чувствовала его кожей, как предгрозовую духоту. Пропавшие девушки, словно растворившиеся в тумане, оставляли после себя лишь эхо паники и клочок ткани цвета солнца — жёлтое платье, зловещий символ, брошенный на алтарь их исчезновения. Габриэлла, с копной непокорных каштановых волос и глазами, в которых плясали искры любопытства и решимости, сидела за своим старым пианино. Пальцы, обычно порхающие по клавишам, сейчас нервно постукивали по лакированной поверхности. Мелодия, которую она пыталась сочинить, рассыпалась на фальшивые ноты, отражая хаос, царивший в её голове. Она была музыкантом, поэтом, писателем — человеком, привыкшим видеть мир сквозь призму искусства. Но сейчас, этот мир треснул, обнажив уродливую изнанку, и Габриэлла чувствовала себя обязанной заглянуть в эту трещину, найти ответ, который ускользал от полиции.
Белфордский университет, гордость города, превратился в рассадник паранойи. Студентки, вчера ещё беззаботные и полные надежд, теперь оглядывались через плечо, боясь оказаться следующими. Полиция, озадаченная и бессильная, лишь разводила руками, не находя ни единой зацепки. Жёлтое платье — единственная нить, ведущая в никуда. Габриэлла начала своё расследование с осторожностью, словно ступая по минному полю. Она общалась со студентами, преподавателями, уборщиками, стараясь уловить малейшую деталь, любое несоответствие. Её обаяние, отточенное годами выступлений на сцене, помогало располагать к себе людей, вытягивать из них информацию, которую они, возможно, и не собирались раскрывать. Но дни шли, а прогресса почти не было. Интервью были похожи одно на другое: страх, растерянность, бессилие. Никто ничего не видел, никто ничего не слышал. Сталкер был призраком, растворяющимся в толпе, оставляя после себя лишь жёлтый след.
Однажды вечером, сидя в своей квартире, окружённой книгами и рукописями, Габриэлла перебирала свои записи. Она чувствовала, что упускает что-то важное, какую-то мелочь, которая могла бы стать ключом к разгадке. Внезапно её взгляд упал на статью о барбитуратах. Она вспомнила, как одна из студенток, с которой она разговаривала, упомянула, что у неё были проблемы со сном из-за стресса, связанного с учёбой. Она говорила, что подумывала о том, чтобы обратиться к врачу за рецептом на снотворное. Габриэлла почувствовала, как по спине пробежал холодок. Барбитураты мощные седативные препараты, способные погрузить человека в глубокий сон. Идеальное средство для того, кто хочет похитить жертву, не оставив следов борьбы. Она начала копать глубже. Искала информацию о врачах, выписывающих барбитураты в Белфорде. Проверяла аптеки, отслеживала рецепты. Это была кропотливая, изнурительная работа, но девушка чувствовала, что она на верном пути.
В статье из глобальной сети было сказано:
«Барбитураты — группа лекарственных средств, производных барбитуровой кислоты, оказывающих угнетающее влияние на центральную нервную систему.
Барбитураты — класс седативных препаратов, которые применяются при тревожных расстройствах, нарушениях сна, а также в качестве средства для устранения судорог. Основным компонентом лекарства является барбитуровая кислота. В наши дни барбитураты активно используют в медицине. Адольф фон Байер впервые синтезировал это вещество в 1863 году. Но широкое распространение в медицине барбитураты получили в 1903 году.
Барбитураты (лат. barbiturate) — группа лекарственных средств, производных барбитуровой кислоты, оказывающих угнетающее влияние на центральную нервную систему. В зависимости от дозы их эффект может варьироваться от состояния лёгкого успокоения до наркоза. Ранее барбитураты широко назначались врачами в качестве успокаивающих и снотворных средств».
В её голове складывалась картина. Сталкер, скорее всего, имел доступ к барбитуратам. Возможно, он был врачом, фармацевтом или даже студентом-медиком. Он подмешивал барбитураты в напиток или еду жертвы, дожидался, пока она уснёт, а затем похищал её, оставляя на кровати жёлтое платье — свой зловещий автограф и, в данном случае, фирменную визитку, словно играя с сотрудниками правоохранительных органов в кошки-мышки. Но зачем жёлтое платье? Что оно символизировало? Габриэлла ломала голову над этим вопросом. Может быть, это связано с детством сталкера? С какой-то травмой, связанной с жёлтым цветом? Или это просто способ посеять панику и запутать следствие? Неразделённая любовь? Гибель возлюбленной? Может, его супруга или девушка скончалась от опухоли или попала в автокатастрофу? И что с того? Он похищает похожих на неё студенток? Где-то это уже было, в каком-то ординарном триллере.
На следующий день она отправилась в антикварный магазин. Постеры и фотографии с подробной автобиографией музыкантов и деятелей культуры, всё ещё были там, о многих из которых коренные жители города даже и не знавали. Очередная фотография лежала в пыльном ящике среди других старых снимков. Габриэлла попросилась рассмотреть её, тактично спросив, и внимательно изучила. Лицо мужчины по-прежнему было скрыто тенью, но Габриэлла заметила одну деталь: на его руке был виден странной формы шрам. С виду неприметная деталь, на которую не каждый обратит внимание. Какая же ирония судьбы, малоизвестные музыканты, выпускающие пару композиций, полная интересных фактов биография, но никто о них ни сном, ни духом. Спроси, кто это, дык никто и не узнает. Её невольно затягивало в ретроградный ландшафт, в этот мир эпохи 70-80-х годов. Миксы на кассетах с 80% незнакомых песен, некоторые из которых казались жёванными, с приглушённым вокалом, будто созданные склейки где-то в затхлой анахроничной хибаре, сосреди бомжей, алкашей, наркоманов и старых дедов, ведь половина из этих артистов жили в беспросветной нищете, а фоновый ряд и стоящий гул из домашней уборной или ванной комнаты давал понять, что запись была сделана отнюдь не в дорогой профессиональной звукозаписывающей студии, а в старой хрущёвке или многоэтажном доме унылого цвета, фасад которого вызывал лишь сплин. Возможно, именно там они записывали первые треки на архаичный древний диктофон. Как и многие, ели вредную лапшу быстрого приготовления под дешёвый невкусный чай, и продавали в комиссионных магазинах или на цокольном этаже, очередного подвальчика, арендованного для закупки-продаж подержанных вещей. У одного из мужчин на старом снимке небольшой, но заметный шрам в форме полумесяца. Какая-то малоизвестная и не состоявшаяся рок-звезда, чей взлёт, подобно потухшей эрупции. Так бывает, человек пытается взобраться на вершину славы, на некий Олимп, но терпит поражение, выпустив 2-3 композиции, канув в небытие.
Хм, это о чём-то напоминает. Габриэлла вспомнила, что видела шрам у одного из преподавателей Белфордского университета — профессора психологии, доктора Марка Уокера. Он был известен своим спокойным и рассудительным характером, но всегда чувствовала в нём что-то отталкивающее, что-то скрытое. Она начала следить за Уокером. Наблюдала за его поведением и взаимодействием со студентами. И чем больше она узнавала о нём, тем больше убеждалась в своей правоте. Марк был блестящим психологом, но он также был одержим молодыми женщинами. Он часто флиртовал со студентками, делал им комплименты, приглашал на частные консультации. Габриэлла узнала, что он выписывал барбитураты некоторым из своих пациенток, страдающих от тревоги и бессонницы.
Однажды вечером увидела, как Уокер выходит из университета и садится в свою машину. Она последовала за ним. Он приехал в арендованный дом на окраине города, который изначально казался заброшенным. Габриэлла припарковалась неподалёку и стала наблюдать. Через некоторое время она увидела, как он выводит из дома девушку. Со временем, Габи узнала в ней одну из пропавших студенток.
«С чего всё началось»
Ноябрьский ветер, пронизывающий до костей, хлестал по стёклам больницы Святого Луки, словно требуя отчёта за все зло, что творилось в этом мире. Габриэлла, закутавшись в шерстяной шарф, смотрела на мерцающие огни города, чувствуя, как усталость тянет её к земле. Она провела здесь последние двое суток, не отходя от палат, где лежали выжившие. Марк Уокер. Даже произносить это имя было противно. Бывший преподаватель Белфордского университета, человек, которому доверяли, который учил, просвещал, но, де-факто, оказался чудовищем, скрывавшимся под маской респектабельности. Его логово обнаружили случайно, благодаря настойчивости одной из студенток, сумевшей отправить короткое, зашифрованное сообщение через старый, сломанный телефон. Арендованный дом был лишь прикрытием, но не основной лачугой.
Габриэлла помнила тот день, как сейчас. Холодный пот, липнущий к коже, бешеное сердцебиение, когда они, группа следователей, ворвались в заброшенный склад на окраине города. Запах сырости, плесени и… страха. Страха, пропитавшего каждый уголок этого проклятого места. Картина, открывшаяся их глазам, была кошмарной. Полумрак, освещаемый лишь тусклой лампочкой, подвешенной под потолком. К стенам прикованы измученные, испуганные девушки. Их глаза, полные ужаса, навсегда врезались в память студентки-музыканта. Не всех удалось спасти. Двое скончались, не приходя в сознание, от истощения и полученных травм. Остальные, сломленные морально и физически, сейчас находились в больнице, окружённые заботой врачей и психологов. Но Габриэлла знала, что раны, нанесенные Уокером, останутся с ними навсегда.
Она вошла в палату, где лежала Эмили, хрупкая блондинка с огромными, заплаканными глазами. Эмили была одной из тех, кто смог выжить. Она рассказала Габриэлле о пытках, о унижениях, о том, как Уокер заставлял их смотреть на фотографии и видео других девушек, которые не выдержали. Габриэлла с трудом сдерживала гнев. Она видела окровавленные вещи, найденные на складе, одежду, которую опознали родители пропавших без вести студенток. Надежда на то, что их дочери живы, таяла с каждым днём.
— Как ты себя чувствуешь, Эмили? — Тихо спросила она, присаживаясь на край кровати.
Эмили слабо улыбнулась.
— Лучше, спасибо. Но я все ещё вижу его… в своих снах.
Девушка взяла её за руку.
— Он больше не сможет причинить тебе вреда. Он за решёткой и ответит за всё, что сделал.
Но слова утешения звучали фальшиво. Габриэлла знала, что никакое наказание не сможет вернуть погибших, не сможет стереть ужас из памяти выживших. Она вышла из палаты и направилась в кабинет главного врача. Ей нужно было убедиться, что все выжившие получают необходимую помощь, что им оплачен курс реабилитации и восстановления. Родители уже начали прибывать, чтобы увидеть своих дочерей, чтобы обнять их и увезти домой, в надежде, что там, в кругу семьи, они смогут залечить свои раны. Но она знала, что поиски ещё не закончены. Оставались пропавшие без вести студентки, чья судьба до сих пор неизвестна. Она не могла позволить себе сдаться, пока не будет найдена последняя из них.
Главный врач, доктор Рейнольдс, встретил её усталой улыбкой.
— Юная леди, вы работаете на износ. Вам нужно отдохнуть.
— Я отдохну, когда мы найдём всех. — Ответила студентка, доставая из сумки папку с фотографиями пропавших девушек. — У нас есть какие-нибудь новые зацепки?
Доктор Рейнольдс покачал головой.
— К сожалению, нет. Мы прочёсываем все возможные места, опрашиваем свидетелей, но пока ничего. Это как иголка в стоге сена.
Габриэлла посмотрела на фотографии. Молодые, красивые лица, полные надежд и мечтаний. Она чувствовала ответственность за каждую из них. Она поклялась себе, что не оставит ни одну из них в руках этого монстра.
— Мы, должно быть, что-то упускаем. — Пробормотала она, перебирая фотографии. — Уокер не действовал в одиночку. У него наверняка были сообщники, кто-то, кто помогал ему похищать девушек, кто-то, кто знал о его тёмных делах.
Доктор Рейнольдс нахмурился.
— Мы проверяли всех его коллег, студентов, знакомых. Ничего подозрительного.
— Нужно копать глубже. — Настаивала Габриэлла. — Нужно изучить его прошлое, связи, интересы. Там обязательно найдётся что-то, что приведёт нас к остальным девушкам. К примеру места в которых он бывал: паб, бары, рестораны. Может, он знакомился в них с кем-то, кого-то там знал.
Она вернулась в свой дом, как в офис, заваленный бумагами и отчётами. Включила компьютер и снова начала просматривать досье Уокера. Его биография была безупречной: отличник, талантливый преподаватель, уважаемый член общества. Но Габриэлла знала, что за этой маской скрывается чудовище. Она обратила внимание на один факт: Уокер часто посещал библиотеку на окраине города. Библиотека была закрыта уже много лет, и никто не знал, что там находится. Девушка решила проверить это место. Она взяла фонарик и отправилась в библиотеку. Ноябрьская ночь окутала город мраком, и ветер завывал, словно предвещая беду. Место выглядело зловеще. Окна были заколочены досками, а дверь заперта на ржавый замок. Габриэлла с трудом взломала его и вошла внутрь. Запах пыли и плесени ударил в нос. В полумраке виднелись ряды книжных полок, заваленных старыми, потрёпанными книгами. Девушка включила фонарик и начала осматривать помещение.
Внезапно она услышала шорох. На мгновение Ока замерла, прислушиваясь. Шорох повторился, на этот раз ближе. Габриэлла направила фонарик в сторону звука и увидела… крысу. Она выдохнула с облегчением. Но тут её взгляд упал на пол. На полу лежал обрывок бумаги. Габриэлла подняла его и развернула. Это был рисунок. Рисунок девушки, прикованной к стене. На обратной стороне была надпись: «Она здесь». Девушка почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она знала, что это значит. Уокер прятал здесь ещё одну девушку. Поддон для ловушки? Очередная ловля на живца? Это было игрой для него? Она начала обыскивать библиотеку, полка за полкой, комната за комнатой. И наконец, в самом дальнем углу, за заваленной книгами стеной, она нашла потайную дверь.За потайной дверью скрывался узкий, тёмный коридор. Габриэлла, сжимая в руке фонарик, двинулась вперёд, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Коридор вёл вниз, в подвал библиотеки. Неужто Улуер знал, что Габи ведёт охоту за ним? Он всё продумал? С каждым шагом становилось всё холоднее и сырее. Запах плесени усиливался, смешиваясь с каким-то странным, металлическим амбре. Габриэлла чувствовала, что приближается к чему-то ужасному. В конце коридора она увидела свет. Осторожно выглянула из-за угла и замерла в ужасе.
Подвал представлял собой небольшую комнату, освещённую тусклой лампочкой, свисавшей с потолка. В центре комнаты стоял старый, ржавый стол, на котором лежали инструменты: скальпели, пилы, щипцы. На стенах висели фотографии девушек, прикованных к стенам, с лицами, искажёнными от боли и страха. И в углу комнаты, на грязном матрасе, лежала она. Худощавая девушка с длинными, спутанными волосами. Её глаза были закрыты, а тело покрыто синяками и ссадинами. Габриэлла узнала её. Это была Лилиан, одна из пропавших без вести студенток.
— Лилиан! — Воскликнула шатенка, бросаясь к ней.
Измученная и истерзанная девушка, дрожащая на матрасе от пронизывающего холода, открыла глаза. В них не было ни радости, ни надежды, только пустота.
— Кто ты? — Прошептала она слабым голосом.
— Я из полиции. — На автомате отвечает. — Всё хорошо, подмога уже в пути, мы поможем тебе. — Спешно произносит, пытаясь развязать верёвки, которыми Лилиан была привязана к матрасу, помимо этого в запястья русоволосой девушки впивались тактические стяжки для рук.
Внезапно дверь в подвал захлопнулась. Габриэлла обернулась и увидела его. Марк Уокер. Он стоял в дверном проёме, держа в руке пистолет. Его лицо было искажено холодом и отрешённостью.
— Как долго ты продвинулась в своём расследование, а? — Чуть качнув дулом пистолета, в сторону жертвы. — Неужели ты настолько наивная, раз думала, что я не замечу, как ты следишь за мной? И ты пришла сюда одна-одинёшенька?
Габриэлла встала между Уокером и Лилиан.
— Ты не тронешь её. Ты уже достаточно натворил.
Уокер рассмеялся. Он поднял пистолет и направил его на Габриэллу.
— Настырная девчонка.
Но та знала, что у неё нет шансов. Внезапно Лилиан закричала, Уокер отвлёкся на секунду, почувствовав жгучую боль в области глаз. Глазные яблоки жгло. На долю секунды, Габриэлла воспользовалась его замешательством, прыснув ему в лицо из перцового баллончика, который припрятала в тайном внутреннем кармане. Кто станет в здравом уме идти безоружным в столь опасное место? Она бросилась на него, сбивая с ног. Уокер выронил пистолет, хватаясь обеими ладонями за лицо и растирая глаза сухожилиями сгибателей. Габриэлла попыталась схватить его, но мужчина был сильнее. Он оттолкнул её и поднялся на ноги. Его лицо зарделось, ушные раковины горели, сильное жжение в глазах вызывало подступающие слёзы, застилая вид, тем самым, картинка была нечёткой, более расфокусированной.
Он схватил со стола скальпель и бросился на Габриэллу. Девушка увернулась от удара, но скальпель задел её руку, оставив глубокий порез. Почувствовала острую боль, но не отступила. Она знала, что это её единственный шанс. Она снова бросилась на Уокера, на этот раз сбивая его с ног и вырывая из его рук скальпель. Прижала его к полу и направила скальпель к его горлу.
— Всё кончено. — Прошипела она, задыхаясь от боли и адреналина. — Ты больше никому не причинишь вреда.
Уокер смотрел на неё с ненавистью и отчаянием. Он знал, что проиграл.
В этот момент в подвал ворвались полицейские. Они скрутили мужчину и увели его. Изначально детективы не желали выполнять свою работу. Никто не верил обычной ассертивной студентке, которая пишет никому ненужную музыку да рассказы. Логово в виде Богом забытой библиотеки? Пф-ф, как несуразно. Никто не воспринимал её слова всерьёз, поскольку не хотели выполнять свои обязанности. Проще списать пропажи девушек на загул, гулянки, вечеринки или банальное «поссорилась с родителями/парнем — вот и сбежала из дома. Остудит бурный нрав, да через пару дней возвратиться, как миленькая». В рапорты занести остальные преступления с графой «пропавшие без вести» и очевидное «несчастный случай».
Габриэлла, обессиленная, упала на пол. Лилиан подползла к ней и обняла её.
— Спасибо. — Прошептала она. — Спасибо, что спасла меня.
Габриэлла обняла её в ответ. Обе знали, что их ждёт долгий путь к выздоровлению, но они были живы. И это было главное.
На следующее утро, когда солнце осветило город, Габриэлла стояла на крыше больницы Святого Луки и смотрела на горизонт. Ветер трепал её волосы, а в душе царила тихая радость. Уокер был за решёткой. Лилиан была в безопасности. И хотя поиски остальных пропавших без вести студенток продолжались, Габриэлла знала, что они не сдадутся. Они будут искать до тех пор, пока не найдут всех. Повернулась и пошла обратно в больницу, зная, что её ждёт ещё много работы. Но она была готова. Она была детективом-любителем, эдакая Нэнси Дрю и мисс Марпл в одном ключе. Дело Марка Уокера стало переломным моментом в её карьере и судьбе. Оно научило её, что зло может скрываться под самой благовидной маской, и что только настойчивость, смелость и навыки абдукции могут помочь победить его.
В последующие годы Габриэлла расследовала множество других сложных и опасных дел. Она стала одним из самых уважаемых и опытных студентов в городе, соизволив стать одним из волонтёров. Но она никогда не забывала о тех девушках, которых могла бы ещё спасти от Марка Уокера. Их лица всегда напоминали ей о том, что она делает, и почему это так важно. Иногда, по ночам, ей снились кошмары. Она видела заброшенный склад, окровавленные вещи, испуганные лица девушек. Но она всегда просыпалась с уверенностью, что она сделала всё, что могла, чтобы остановить зло. И она продолжала бороться. Продолжала защищать, искать всевозможные улики и зацепки, потому что она знала, что в этом мире всегда будут те, кто нуждается в помощи и защите.
В один из дней, спустя несколько лет после ареста Уокера, Габриэлла получила письмо. Оно было от Лилиан. Лилиан писала, что она окончила университет и устроилась на работу. Спустя время вышла замуж и ждала ребёнка. Было видно, как девушка была счастлива. В конце письма Лилиан написала слова благодарности, похожие на длинный роман, чуть ли не разделённый на два тома, но они были искренними, полные радости и облегчения после пережитого. Искренность за то, что весь этот кошмар останется для некоторых из жертв позади. Габриэлла прочитала письмо и улыбнулась. Она знала, что всё было не зря. Она знала, что её работа имеет значение. За считанные секунды сложила письмо и отложила его в выдвижную подставку для клавиатуры с встроенным пеналом для канцелярских принадлежностей, однако, вместо них, она хранила там записки, заметки и некоторые из полученных ею писем. Это было как напоминание о том, что даже в самые тёмные времена могла быть надежда на лучший исход событий.
Эпилог был написан кровью, не на бумаге, а на измученных лицах выживших. Марк Уокер, бывший преподаватель Белфордского университета, теперь обитал в камере, где стены, казалось, дышали отчаянием. Его лицо, когда-то внушавшее доверие и уважение, теперь искажала гримаса безразличия и поражения. В его втором логове, в подвале заброшенного дома на окраине города, были найдены окровавленные вещи, одежда, принадлежавшая пропавшим студенткам. Надежды на их возвращение живыми не осталось. Очевидно, что он сменял дислокации.
В стерильных палатах госпиталя царила тишина, прерываемая лишь тихими всхлипами близких и приглушёнными голосами врачей. Выжившие девушки, сломленные, но не побеждённые, лежали под капельницами, их тела и души изранены. Государство взяло на себя все расходы по их лечению и реабилитации, понимая, что им предстоит долгий и мучительный путь к исцелению. Родители, чьи сердца были изъедены тревогой и отчаянием, теперь держали своих дочерей за руки, не веря своему счастью. Полицейские, с монотонными роботизированными голосами, обзванивали семьи, сообщая долгожданную, но омрачённую трагедией весть.
Габриэлла, одна из тех, кто так же чудом избежала смерти, спасая чужую жизнь, стала символом надежды и стойкости. Её имя, до этого никому не известное, теперь звучало в каждом полицейском участке, в каждой новостной сводке. Она, смышлёная и отважная, сумела не только выжить, но и оставить след, который помог следствию выйти на Уокера. После освобождения она не осталась в стороне, посещая каждую выжившую в госпитале, поддерживая их, вселяя веру в будущее. Её забота была как бальзам на израненные души.
Но не всех удалось спасти. Некоторые студентки числились пропавшими без вести, и с каждым днём надежда на их возвращение таяла. Поиски продолжались, но в сердцах следователей поселилась мрачная уверенность, что они уже никогда не вернутся домой.
Рапорт был сухим и бесстрастным, как и положено официальному документу. Но для родных и близких, за каждой строчкой чувствовалась боль и ярость.
«Подсудимый: Марк Уокер. Бывший преподаватель Белфордского университета. Подозревается в похищении, незаконном лишении свободы, пытках и убийствах студенток.
Место преступления:
Объект №1: «Рождественская библиотека» [адрес].
Объект №2: Арендованный дом [адрес].
Информация о арендодателе выясняется.
Объект №3: Заброшенный дом со складом на окраине города. Обнаружены вещественные доказательства, подтверждающие вину подозреваемого: окровавленные вещи [перечисление, кому принадлежат, анализы и пятна крови, анализ ДНК, отпечатки пальцев, потожировые пятна, расположение и классификация потовых желёз].
Жертвы: Идентифицированы тела [список имён]. Выжившие: [список имён]. Пропавшие без вести: [список имён].
Мотив: Устанавливается. Предположительно, садистские наклонности и чувство вседозволенности, подкреплённое властью и влиянием в университетских кругах.
Состояние подозреваемого: Арестован. Находится в предварительном заключении. Оказывает сопротивление следствию.
Дальнейшие действия: Проводятся следственные мероприятия по установлению возможных сообщников и расширению списка жертв. Особое внимание уделяется изучению архивов университета и личной жизни подозреваемого.
Итог: Марк Уокер за решёткой. Правосудие свершится.
Самое главное, что Уокер будет гнить в заточении. Это было не просто наказание, это было возмездие. Но даже это не могло вернуть погибшим девушкам жизнь, не могло стереть ужас из памяти выживших. Следствие продолжалось. Каждый день приносил новые, леденящие душу подробности. Фотографии, видеозаписи, дневники Уокера — всё это свидетельствовало о его чудовищной жестокости и изощрённом садизме. Он не просто убивал, он наслаждался мучениями своих жертв, превращая их жизни в ад. Постепенно вырисовывалась картина его преступной деятельности. Оказывалось, что Уокер годами выбирал своих жертв, тщательно планируя каждое похищение. Он использовал своё положение в университете, чтобы втереться в доверие к студенткам, а затем, под предлогом помощи в учёбе или научной работе, заманивал их в ловушку. Следователи работали день и ночь, пытаясь установить всех его сообщников. Были подозрения, что Уокер действовал не один, что у него были подельники, которые помогали ему похищать и удерживать девушек. Но доказать это было крайне сложно.
Тем временем, в госпитале выжившие девушки медленно приходили в себя. Они проходили курс интенсивной терапии, работали с психологами и психиатрами. Им было трудно говорить о том, что они пережили, но они понимали, что должны это сделать, чтобы помочь следствию и чтобы другие девушки не стали жертвами подобных маньяков. Габриэлла продолжала навещать их, поддерживая и вдохновляя. Она стала для них не просто подругой, а сестрой, символом надежды и веры в будущее. Она знала, что им предстоит долгий и трудный путь к исцелению, но она верила, что они справятся. Поиски пропавших без вести студенток продолжались, но с каждым днём надежды оставалось всё меньше. Следователи прочёсывали окрестности, осматривали заброшенные здания и лесные массивы. Они не теряли надежды найти хоть какие-то следы, которые могли бы привести их к пропавшим девушкам. Но если бы выполнили и сделали это чуть ранее. Если бы не проигнорировали поступающие сведения и информацию, воспринимая слова Габриэллы всерьёз.
Заключение медицинской экспертизы: После тщательного обследования экспертами выяснялось, что преследователем был Марк Уокер, действующий преподаватель Белфордского университета. Медицинское обследование личных вещей его жертв выявило явные признаки его ДНК и семенной жидкости (биомассы). Девушек удерживали в плену на заброшенном складе на окраине города. Он подвергал их сексуальному и физическому насилию и записывал их, как он это называл, «испытания», ради собственного извращённого удовольствия. Сотрудники правоохранительных органов и следственного комитета, которые обнаружили доказательства его злодеяний внутри заброшенного здания.
Информация о месте преступления [подробные детали о заброшенном доме и складе, прикреплённые к делу файлы в виде фотоотчёта, доказательная база в виде улик и вещественных доказательств, тщательный осмотр места преступления].
Использование люминола.
Люминол представляет собой порошок, состоящий из кислорода, азота, водорода и углерода, который светится голубым, когда он вступает в контакт с гемоглобинами в крови. Эта хемилюминесценция является тем же самым процессом, который позволяет светлячкам светиться. Люминол может обнаружить незначительное количество крови даже после того, как поверхность была вымыта, даже годы спустя. Свечение продолжается приблизительно 30 секунд, но его можно запечатлеть с помощью фотографии с длинной экспозицией. Он часто используется в качестве крайней меры, так как химическая реакция может уничтожить само доказательство, которое она открывает взору, тем не менее, люминол может оказаться невероятно полезным. Например, он может выявить отпечатки обуви нападавшего человека, или показать следователям, в каком месте стоит искать более внимательно. Кровь на ковре, которая может быть невидимой для невооружённого глаза может быть выявлена с его помощью, что поможет следователям искать более крупные видимые пятна на деревянном полу под ним. Тем не менее, те, кто работают с люминолом, должны опасаться ложных свечений, поскольку это вещество также реагирует на присутствие мочи, меди и соуса из хрена.
Проведённая аутопсия. Вскрытие (аутопсия, некропсия, секция) — процедура, которая включает в себя вскрытие тела умершего человека и изучение его внутренних органов. Проводится врачом-патологоанатомом в специально оборудованном помещении.
Цели и задачи вскрытия:
• Установление причины смерти. Вскрытие помогает понять, была ли смерть естественной или вызвана каким-либо внешним фактором.
• Судебно-правовые цели. В случае подозрения на преступление вскрытие может помочь в расследовании, предоставляя доказательства, которые могут быть использованы в суде.
В конце концов, следствие вышло на след одного из сообщников Уокера. Это был бывший охранник университета, который помогал ему похищать девушек и удерживать их в подвале. Он был арестован и дал признательные показания. Благодаря его показаниям были найдены тела ещё нескольких пропавших студенток. Их похоронили с почестями, и их имена были внесены в список жертв Уокера. Суд над Уокером был долгим и сложным, как и над его основным подельником. Марк Уокер отрицал свою вину, пытался переложить ответственность на своих сообщников, но доказательства были неопровержимы. В конце концов, он был признан виновным по всем пунктам обвинения и приговорён к пожизненному заключению без права на досрочное освобождение.
Правосудие свершилось. Но шрамы, оставленные Уокером на телах и душах жертв, останутся навсегда.
Идея и сюжет: Alonso, автор: Alonso
35- ➩ Предпросмотр
➩ Клоун в шатре
➩ Западня
➩ Мороженщик
➩ Лили или Лена?
