На фоне возвышающихся новостроек, чьи фасады из стекла и бетона обещали роскошь и недоступность, стояли двое мужчин. За их спинами, возвышался зловещий гребень дракона, тянулся защитный барьер, увенчанный острыми, как клыки, шипами. Воздух здесь, у подножия этих монументальных сооружений, казался плотным, пропитанным запахом свежей краски и невысказанных амбиций. Один из них, капитан Ванг, был воплощением сдержанной власти. Его белоснежная рубашка, безупречно затянутая чёрным галстуком, контрастировала с суровым блеском кобуры, пристёгнутой к поясу. В его глазах отражалась холодная решимость, а слова слетали с губ с уверенностью человека, привыкшего отдавать приказы.
— Она почти подчинилась. — Произнёс он, его голос звучал ровно, без тени сомнения. — Осталось совсем немного, и она будет гораздо послушнее Оливии.
Ему вторил другой мужчина, чья фигура излучала ауру солидности и богатства. Его костюм, сшитый, без сомнения, на заказ, сидел на нём безупречно, подчёркивая широкие плечи и уверенную осанку. Лицо его, обрамлённое тщательно уложенными волосами, было гладко выбрито, а в глазах, глубоко посаженных под густыми бровями, читалась смесь предвкушения и расчётливой хитрости. Он был из тех, кто привык получать желаемое, кто видел мир как шахматную доску, где каждая фигура имеет свою цену и своё предназначение.
— Надеюсь. — Ответил солидный на вид заказчик, его голос был низким и бархатистым, словно дорогое вино. — Нам нужно сделать так, чтобы она работала на меня в моём клубе. — Он сделал паузу, его взгляд скользнул по горизонту, будто оценивая свои владения. — Однако есть одна проблема с той девкой, которая пыталась сбежать.
Темноволосый капитан кивнул, его руки сложились в жесте, выражающем полное понимание и готовность к действию.
— Это будет сделано. — Заверил подельник. — К тому моменту, когда Эшли узнает, что вы поставщик TMN и что все пропавшие девушки работают на ваших частных клиентов, она слишком станет пьяной для того, чтобы её это не интересовало.
Богач провёл рукой по воздуху, его пальцы изящно чертили невидимые линии, дирижируя оркестром своих мыслей.
— Гектор выполнил часть своей сделки?
— Конечно, — Подтвердил Ванг. — Он сдабривал ей поставку TMN, но дозированно.
«Клуб «Nirvana». Ночь»
В тусклом свете уличных фонарей, в тени своего автомобиля, сидела Эшли. Её лицо, скрытое под париком, казалось напряжённым, а взгляд был сосредоточен на блокноте, лежащем на коленях. Карандаш в её руке замер, кончик ластика касался подбородка, выдавая ход её мыслей.
«Я уже три ночи слежу за клубом «Нирвана» — размышляла она про себя, её внутренний голос звучал устало, но решительно. — «Я наблюдала, как они запирали двери в 3 часа каждую ночь. До сих пор никаких признаков Гектора». — Нахмурилась, когда пальцы барабанили по блокноту. — С тех пор, как он попросил меня прийти, я ничего о нём не слышала. Его там не было, и его друзья сказали, что не видели его».
Эшли откинулась на спинку сиденья, взгляд упал на циферблат часов, который загорелся мягким сине-зелёным свечением. Время неумолимо шло вперёд, а ответы ускользали. Она знала, что босс что-то скрывает. Ей лгали, но доказательств на то не имелось, лишь смутное, гнетущее чувство, что что-то идёт не так.
«Очевидно, что они что-то сделали с Гектором».
На её лице отразилась тень стыда. Она склонила голову, устало протерев лоб. Воспоминания о последних ночах, о тумане, окутавшем разум под воздействием TMN, о том, как она изменяла своему супругу, нахлынули с невыносимой ясностью. Гектор и его сообщники, подсадив на этот новый вид наркотического вещества, не просто сделали податливой, они превратили её в марионетку, лишив воли и контроля. Осознание этого ударило с новой силой, заставляя чувствовать себя одновременно жертвой и соучастницей. Она была пешкой в их игре, одурманенной и использованной, и теперь ей предстояло найти в себе силы, чтобы вырваться из этой паутины лжи и манипуляций.
Ночь сгущалась, окутывая город бархатным покрывалом. Эшли снова взглянула на часы. Время поджимало. Она должна была действовать. Нельзя было позволить им одержать верх. В её глазах зажегся огонек решимости. Она знала, что завтрашняя ночь станет решающей. После закрытия клуба «Нирвана» она войдёт внутрь, несмотря ни на что. Ни капли доверия этому боссу, который им владеет. Он был частью этой системы и той лжи, которая поглотила Гектора и, казалось, грозила поглотить и её.
Снова взяла карандаш, его грифель заскрипел по бумаге, выводя новые строки в её секретном ежедневнике. Каждая запись была шагом к разгадке, к поиску истины. Уже чувствовала, как напряжение нарастает, как нити этой тёмной истории сплетаются вокруг неё.
«На следующий день»
Утро следующего дня встретило детектива Мёрфи прохладным, но ясным воздухом, контрастирующим с напряжением прошедшего дня. Она сидела напротив капитана Ванга, её голубая блуза и чёрная кожаная куртка с полицейским значком на груди создавали образ решительности. Капитан, не отрывая взгляда от экрана смартфона, произнёс:
— Мне нужны результаты, детектив Мёрфи.
Его голос звучал ровно, но в нём ощущалась скрытая нетерпеливость. Эшли, чувствуя это, ответила:
— Я знаю, капитан, но…
Её прервал резкий хлопок по столу. Он недовольно взмахнул рукой, его взгляд наконец оторвался от телефона и устремился на неё. Стол капитана был завален папками, кипами бумаг, отчётами, а рядом стояла большая кружка с недопитым кофе. Очки лежали поверх одной из папок — забытые свидетели его работы.
— Я же тебе неделю назад говорил восстановить контакт с этим бандитом, Гектором, а ты этого не сделала. В чём, чёрт возьми, твоя проблема? — Его голос звучал укоризненно, а взгляд был полон недовольства.
— Он пропал без вести, сэр! — Эшли старалась говорить спокойно, но в её голосе проскальзывала нотка отчаяния. — Он не был ни на занятиях, ни дома, ни в клубе «Нирвана». Но я узнала через его друга Маркуса, что именно Гектор поставлял ему TMN.
— И как теперь нам его найти? Эшли, Гектор и его подельники накачивают девушек, которые пропадают без вести. — Ванг снова уткнулся в телефон, но его слова были полны серьёзности.
— И это всё связано с клубом, но он не позволяет мне в него вступить или начать в нём работать. Я могла бы, находясь под прикрытием. — Она развела руками, её плечи слегка опустились. — Нельзя доверять боссу клуба «Нирвана». Думаю, он играет с нами, и я думаю, что он как-то причастен к исчезновению Гектора. — Сложив левую руку под курткой, она, словно опытная актриса, взмахнула правой. — Сегодня вечером собираюсь проникнуть в клуб «Нирвана» после его закрытия, собрать улики и незаметно выбраться оттуда.
— Мёрфи! — Ванг осуждающе развёл руками, его лицо выражало явное неодобрение.
— Капитан, пожалуйста! Это единственный способ узнать наверняка. Даже не вздумаю попадаться. — Её голос звучал твёрдо, в нём читалась решимость.
— Так и быть, детектив, разрешу. — Ванг почёсывал кулаки, его взгляд был задумчив. — Но будь осторожна.
— Спасибо, капитан. — На полпути к двери, она развернулась полубоком, добавляя: — Вы один из последних людей, которым я могу доверять.
Ванг почёсывал кончик носа, его взгляд невольно скользнул по её фигуре, по изгибам брюк. Он думал о том, как такие девушки могли бы украсить их клуб, и с лёгкой усмешкой отметил, что Эшли, кажется, до сих пор не понимает, что происходит.
— Кстати, детектив, я видел в отчётах, что в отсутствие Гектора тебе удалось связаться с одним из его крупнейших торговцев. — Его голос звучал более дружелюбно.
— Да, сэр. — Развернувшись, она ответила: — Он очень крупный игрок.
— Отличная работа, детектив Мёрфи. Ты заставляешь нас всех гордиться тобой. — Ванг улыбнулся, и в его глазах мелькнуло что-то, что Эшли приняла за искреннее восхищение.
Девушка с лёгкой улыбкой на устах покинула его кабинет. На душе стало приятно от того, что её ценят.
Как только дверь кабинета за Эшли тихо щёлкнула, самодовольная ухмылка Ванга стала шире, словно хищник, поймавший добычу. Его пальцы ловко заскользили по экрану смартфона, набирая номер. В его глазах, ещё секунду назад казавшихся полными отеческой заботы, теперь плясали холодные искорки.
«Ты грязная, наивная девчонка» — Пронеслось в голове, сопровождаемое тихим, ехидным смешком. Он приложил телефон к уху, его голос стал низким и властным, лишённым всякой прежней мягкости.
— Это Ванг, позови мне босса. — Он сложил руки в боки, ожидая, пока его слова достигнут адресата. — Эй! Готовьтесь! Сегодня вечером она придёт к вам. Да, снова тот же посетитель в нерабочее время.
В его словах звучала уверенность человека, знающего, что его приказ будет исполнен беспрекословно. Он знал, что Эшли, движимая своим обострённым чувством справедливости и желанием раскрыть правду, сама идёт прямо в ловушку.
«Клуб «Нирвана» в переулке, ночь»
В глубине переулка, где ночь сгущалась до непроглядной черноты, притаился клуб «Нирвана». Его металлическая дверь, испещрённая неоновыми сердцами под дугой, казалась порталом в иной мир. Именно к ней, тенью скользнула Эшли. На ней был чёрный камуфляж с открытыми плечами, подчёркивающий изящную фигуру, особенно пышный бюст и округлые широкие бёдра, каждый изгиб которых прорисовывался под тканью. Её пальцы, ловкие и проворные, заскользили по замку. Девять минут напряжённого ожидания, и вот, с тихим щелчком, чёрный вход поддался. Ни единого звука, ни малейшего шороха. Призраком, проскользнула внутрь, направляясь в один из кабинетов левого крыла.
Этот кабинет был воплощением роскоши и утончённости. Его огромные размеры терялись в бархатной обивке стен, переливающейся в ярком свете. Антикварная мебель, казалось, хранила в себе вековые тайны. Тяжёлые портьеры из бордового бархата, расшитые золотыми нитями, скрывали окна, создавая атмосферу интимности и уединения. На резных столиках из красного дерева стояли вазы династии Мин, наполненные экзотическими орхидеями, чьи лепестки напоминали крылья бабочек. В углах кабинета возвышались массивные пальмы в позолоченных кадках, их широкие листья отбрасывали причудливые тени на стены. Картины, настоящие произведения искусства, украшали стены: полотна Рембрандта, Веласкеса, Тициана, их краски светились изнутри, притягивая взгляд.
Прямо перед Эшли возвышались стеллажи, до потолка забитые редчайшими книгами. Многие из них были ей незнакомы, их корешки, обтянутые кожей и пергаментом, манили обещанием древних знаний. На массивном столе из чёрного дерева, инкрустированном перламутром, стояла бутылка выдержанного коньяка, а в хрустальной пепельнице тлела сигара, выпуская тонкую струйку извивающегося дымка. Рядом, наполовину полный, стоял бокал с дорогим алкоголем, его янтарный цвет манил. Эшли, прижимаясь к стене, сливаясь с тенью, проскользнула дальше. Её взгляд упал на стол, за которым возвышались стеллажи с книгами и полки, уставленные фотографиями в позолоченных рамках.
«С этого терминала я смогу получить доступ к необходимым мне данным» — Прошептала она, сведя брови, когда её взгляд упал на маленький складной компьютер. Но он был под сложным паролем. Она открыла ноутбук, лежавший на столе. — «Хм. Двухслойное шифрование» — Пробормотала девушка, сосредоточенно работая над взломом терминала и обходом данных.
Внезапно, тишину кабинета нарушил едва уловимый треск. Эшли подняла глаза, её сердце забилось быстрее. Здесь никого не должно быть. Мгновенно, словно кошка, она нырнула под стол, спешно закрыв ноутбук. В кабинет вошёл верзила Виктор, его шаги гулко отдавались в тишине. Эшли замерла, не издавая ни звука, её дыхание замерло в груди.
Шаги приближались, он подходил к столу, и тень его огромной фигуры накрыла Эшли, как одеяло. Она чувствовала его присутствие, ощущала тяжесть его взгляда, пронзающего пространство.
— Я знаю, что ты здесь, маленькая проныра. — Усмехнулся охранник, и его голос, низкий и хриплый, заставил невольно вздрогнуть. В его словах сквозила нескрываемая угроза, предвкушение лёгкой добычи.
Эшли-пружина, попыталась вынырнуть из-под стола и броситься к выходу, но верзила был быстрее. Его огромная рука, словно клещи, схватила её за ноги, и с чудовищной силой он отшвырнул в стену. Удар был такой силы, что из лёгких вырвался стон, а в голове вспыхнули звёзды. Плечо и затылок отозвались острой болью, но, несмотря на оглушение, не теряла присутствия духа. Она была в разы меньше его, но воля к сопротивлению была несокрушима.
Охранник замахнулся, его кулак, казалось, мог раздробить камень. Но детектив, используя обманный маневр, ловко увернулась, и её рука, как молния, метнулась к столу. Она схватила тяжёлую бутылку коньяка, её горлышко холодно легло в ладонь. С отчаянным криком она швырнула её в верзилу, но тот, словно предвидя удар, мгновенно пригнулся. Бутылка с глухим стуком разбилась о стену за его спиной, разбрызгивая янтарные капли и наполняя воздух терпким ароматом.
— Ты ещё и косая. — Подстегнул её верзила, его усмешка стала ещё шире, а глаза загорелись хищным огнём. Он наслаждался её беспомощностью. Его это забавляло.
В мгновение ока он настиг её, его мощное тело обрушилось на Эшли, повалив её спиной на стеклянный стол. С оглушительным звоном стекло разлетелось на тысячи осколков под лёгким для него весом, учитывая, с какой силой её швыряли, как тряпичную куклу. Острая боль пронзила спину, но Эшли, стиснув зубы, не издала ни звука. Рука, по наитию, метнулась к тайному отделению. Она выхватила пистолет, его холодный металл приятно лёг в ладонь. Не раздумывая, она ударила рукояткой по голове охранника. Удар был сильным, но верзила, будто не почувствовав, лишь мотнул головой. Его руки — стальные обручи, обхватили красивое женское тело, и с разбега он вжал её в стену, как удав зажимающий в своих тисках жертву.
Слева от неё, на одной из полок, виднелась тяжёлая статуя золотого быка с кольцом в носу. Выхода не было. Эшли, собрав последние силы, выстрелила в ногу верзиле. Тот вскрикнул, взвыв от боли, его хватка ослабла, и он отшатнулся от неё. В этот момент она, превозмогая боль, с трудом подняла тяжёлую статую. Золотой бык, казалось, весил тонну, но отчаяние придало ей нечеловеческую силу. Со всего размаху она обрушила его на голову охранника. Глухой удар, и статуя, слишком тяжелая для её ослабевших рук, рухнула на пол. Верзилу качнуло, его глаза закатились, и он, уже подкошенный, рухнул на ковёр, отключившись. Эшли, обессиленная, рухнула рядом, её руки дрожали, цепляясь за ворс ковра. Она пыталась перевести дыхание, лёгкие горели, а сердце бешено колотилось в груди. Победа была за ней, но какой ценой. А если бы он её убил? Да и как он узнал, что она здесь? Откуда?
«Офис безопасности начальника»
Зал встретил её стерильным, почти клиническим светом, пробивающимся сквозь гладкие поверхности. Перед ней были практически возникающие порталы в иные реальности, возвышались четыре исполинских плазменных экрана, объединённых в единый квадрат над зоной отдыха. Это были глаза клуба, неусыпно следящие за каждым движением, и едва слышным вздохом. Её шаги, присутствие, попытки пробраться внутрь столь долгое время — всё было зафиксировано. Босс? Владелец этого царства ночных грёз? Странно, но в этом святилище власти царила абсолютная тишина. Все пульты управления, все панели были воплощением минимализма и функциональности, с гладкими сенсорными дисплеями, мерцающими мягким светом. Огромные экраны транслировали панорамы клуба, захватывая каждый уголок, в том числе тёмный проход.
Эшли двинулась вперёд, к роскошной VIP-ложе, возвышающейся над основным залом, будь это трон. Отсюда открывался вид на опустевшее сердце клуба. Барная стойка, обычно сверкающая тысячами бликов от бутылок и бокалов, теперь казалась безжизненной, её полированная поверхность отражала лишь холодный свет. Танцпол, некогда бурлящий страстью и движением, теперь представлял собой пустую арену, где одинокие шесты — теперь призрачные скульптуры, тянулись к потолку, лишённые грации танцовщиц. Зоны для элитных клиентов, обычно заполненные шёпотом и звоном хрусталя, зияли пустотой.
Балконы, обрамляющие VIP-ложу, были воплощением сдержанной роскоши. Их перила, выполненные из тёмного, полированного металла, казались прохладными на ощупь, а мягкие, глубокие диваны, обитые бархатом цвета ночного неба, приглашали к уединению. Отсюда, с высоты, клуб выглядел как гигантский, спящий зверь, чьи внутренности были обнажены и безмолвны.
Обернувшись, Эшли на мгновение замерла. В дальнем углу, на одном из диванов, притаилось нечто, что её взгляд сначала проигнорировал. Приблизившись, она почувствовала, как свет софитов, до этого тускло освещавший пространство, словно испугавшись, ещё больше померк. На диване лежала девушка. Её наряд, некогда, вероятно, сверкающий и соблазнительный, теперь был разорван в клочья, обнажая бледную кожу. Сотрудница. Танцовщица, судя по остаткам костюма. И черты лица… знакомые. Детектив напрягла память. Да, она видела её. В доме Гектора. Та самая девушка?
Приглядевшись, Мёрфи заметила тонкую струйку белой пены, стекающую из уголков губ. Сердце ёкнуло. Она осторожно коснулась запястья, пытаясь нащупать пульс, но тут же отдёрнула руку. Холод. Абсолютный, леденящий холод. Девушка была мертва. И тут её взгляд упал на шею. Жёлто-коричневый синяк, похожий на клеймо, и едва заметные следы от инъекции. Передозировка? Или искусно инсценированная смерть? Та самая девушка, которая пыталась сбежать? Или та, что знала слишком много? Вопросы роились в голове, сплетаясь в тугой узел страха и предчувствия.
Её пальцы дрожали, когда она отстранилась от мёртвого тела. Воздух в комнате, до этого казавшийся стерильным, теперь наполнился запахом страха и чего-то ещё, неуловимого, но отвратительного. Эшли огляделась, ища хоть какую-то зацепку, хоть малейший намёк на то, что произошло. Камеры. Четыре огромных экрана над зоной отдыха. Они всё видели. Или не всё?
Она подошла к ближайшему сенсорному дисплею, её сердце колотилось в груди. Пальцы скользнули по гладкой поверхности, пытаясь найти нужную функцию, но интерфейс был незнаком, сложен, предназначен для тех, кто знал его секреты. Каждое прикосновение вызывало лишь мерцание и смену изображений с разных камер, но нигде не было записи, нигде не было возможности перемотать время назад, чтобы увидеть последние минуты жизни этой девушки. Или, возможно, такая функция была, но скрыта от посторонних глаз.
Внезапно, один из экранов над зоной отдыха изменил изображение. Вместо панорамы клуба, на нём появилось крупное изображение лица девушки. Бездыханной. Её глаза были полуоткрыты, взгляд устремлён в никуда, а на губах застыла та самая белая пена. Затем изображение сменилось, показывая её шею, крупным планом, с отчётливо видимым жёлто-коричневым синяком и крошечными, почти невидимыми следами от укола. Это было послание. Предупреждение.
Холодный пот выступил на лбу деьектива. Кто-то был здесь. Кто-то наблюдал за ней, за каждым её передвижением и последующей мыслью. Босс? Или тот, кто убил эту девушку? Или это был один и тот же человек? Она почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она была не одна в этом офисе. Невидимые глаза следили за ней, и невидимые руки управляли экранами, играя с ней, как кошка с мышью.
Её взгляд метнулся к VIP-ложе, к балконам, к пустым зонам для элитных клиентов. Каждый уголок казался потенциальным укрытием, каждая тень – возможным убежищем для наблюдателя. Она чувствовала себя загнанной в ловушку, окружённой невидимой угрозой.
Разум, некогда острый и проницательный, теперь был подобен тусклому зеркалу, отражающему лишь искажённые тени реальности. Власть над ней давно перешла в чужие руки, и это осознание давило с невыносимой тяжестью. Мир вокруг рассыпался на призрачные дымки, приобретая зловещие, инфернальные очертания. Она стояла на коленях, униженная и беспомощная. На шее туго сжимался ошейник, грубая гравировка на котором гласила: «Никчёмная». От него тянулись длинные, стальные цепи, зажатые в незнакомых, чужих руках. Перед ней мираж, возникла чья-то фигура. Девушка, чья красота была столь же ослепительна, сколь и пугающа. Она была облачена в короткое, облегающее платье, которое подчёркивало каждый изгиб её безупречной, фигуристой комплекции. Ткань, цвета глубокой ночи, казалось, струилась, как жидкий шёлк, обтягивая стройное тело с дерзкой откровенностью. Её черты были точёны, губы полны, а глаза, цвета расплавленного золота, смотрели с ледяным презрением.
— Ты действительно думала, что манипулируешь ими? Что они в твоей власти? — Прозвучал голос незнакомки, мелодичный, но полный яда.
Эшли могла лишь невнятно промычать в ответ, кляп во рту сковывал её слова, превращая в жалкое подобие рабыни.
— Теперь ты станешь одной из нас. — Продолжила незнакомка, и в её словах звучала зловещая уверенность.
Детектив недоумённо выгнула бровь. Что она имела в виду?
Девушка присела на корточки, движения которой были плавными и хищными. Она потянула за цепь, и Эшли, подчиняясь невидимой силе, невольно подалась вперёд. Две параллельные цепи, исходящие от ошейника, казалось, впивались в её кожу.
— Какая жалкая. — Насмешливо протянула незнакомка, обвивая правый кулак цепью. – Никому нельзя доверять. Так хотела быть лучшей, но в итоге изменяешь своему супругу с кучкой бандитов под воздействием наркотика. Даже дело раскрыть не можешь.
Слова незнакомки, словно удары бича, обрушились на Эшли, заставляя её стыдливо опустить глаза. Солёные капли слёз, неконтролируемые, стекали по щекам. Она была сломлена, унижена до предела. В воздухе витал тонкий, но навязчивый аромат необычных феромонов, который, казалось, проникал в самые глубины сознания. Глаза закатились, и она рухнула на пол, погружаясь в спасительное небытие. Всё это время с ней играли, вели, подталкивая к тщательно расставленному поддону для ловушки. Оливия, капитан Ванг, Гектор Перес — их имена пронеслись в угасающем сознании, как призраки предательства.
«Воспоминание»
Утро, застывшее в молочном тумане невысказанных мыслей, вновь настигло Эшли. Она стояла посреди своей современной, функциональной кухни, обтянутая лишь невесомым кружевом нижнего белья и лёгкой майкой, в руке — стакан молока, прохладный и успокаивающий. Но покой был обманчив. Внутри, заевшая пластинка, крутилась одна и та же мысль: она ходит по кругу, запертая в лабиринте собственных догадок и бессилия.
Из этого вязкого оцепенения вырвал резкий стук в дверь. На пороге, яркая вспышка в сером утре, стояла Оливия. Её образ, всегда безупречный и притягательный, сегодня был особенно выразителен. Велюровый джемпер глубокого, насыщенного оттенка, облегающий стройную аппетитную фигуру, гармонировал с короткой чёрной юбкой, по бокам которой вились затейливые узоры, похожие на тонкие нити древнего орнамента. Смуглая кожа, тронутая первыми лучами солнца, отливала тёплым оттенком молочного шоколада, а тёмные каштановые волосы, ниспадающие мягкими волнами, обрамляли лицо с густыми, аккуратно очерченными бровями. На груди, словно знак принадлежности к иному миру, поблескивал полицейский значок, а завершали образ длинные, до колен, чёрные ботфорты из того же роскошного велюра, что и джемпер. Ох, эта латиноамериканская штучка, с её неповторимым шармом и скрытой силой.
— Привет! — Голос был мелодичен, как летний ветерок. – Я как раз ехала на вокзал и решила зайти узнать, как ты. Могу ли я войти?
Эшли кивнула, пропуская подругу. На фоне безупречной чистоты и строгих линий кухни, Оливия, с её яркой внешностью и непринуждённой манерой держаться, казалась ещё более живой и непосредственной.
— Как продвигается расследование? Ты что-нибудь узнала? — Нетерпеливо спросила, оглядываясь по сторонам.
— Я очень близка к тому, чтобы узнать правду. — Эшли выставила ладони, будто пытаясь удержать ускользающую истину. — Вот увидишь, я спасу этих девушек.
Оливия приложила пальцы ко лбу, приняв задумчивую позу, и тяжело вздохнула.
— Читала в отчётах, что ты встретила парня по имени Гектор Перес. Пожалуйста, не недооценивай его, он опасен. — Её голос — как предупреждение, не раз уже звучавшее в их разговорах.
В инфернальных дымках, словно мираж, высветился прообраз коллеги, но уже не той Оливии, что стояла перед ней.
— Слишком поздно. Как это возможно, что ты не понимаешь, что происходит? — Тембр, холодный, как сталь, пронзил пространство. — Твоё преображение уже началось.
Эшли, не подозревая о зловещем предзнаменовании, просила передать всем в отделе привет. Она искренне считала Оливию хорошим другом, верным и надёжным. Именно Ванг, их капитан, когда-то просил её быть ближе к Оливии, даже временно пожить у неё ради дела, в те времена, когда у Олив ещё был Крис. Но Крис не был её парнем, он был дилером. Эта мысль, верная и тревожная, тогда не нашла отклика в сознании Мёрфи. Оливия, Гектор, капитан Ванг, Крис — все они были связаны невидимыми нитями с этим делом, словно марионетки в чьей-то зловещей игре. Оливия уже стала одной из тех девушек, чьи судьбы Эшли так отчаянно пыталась спасти. Теперь очередь за ней. И мрак, сгущавшийся вокруг, предвещал, что её преображение будет необратимым.
Идея и сюжет: Alonso
Автор: Alonso
14
