Лола, части 1 и 2

Лола.

Мистический рассказ.

Часть 1. Офицер.

Первый раз я встретил её зимой 1972 года, возле церкви Вознесения Христова. Бабушка моя, Прасковья Анисимовна, повела меня смотреть службу в церкви на Покрова пресвятой Богородицы.

Пока шли от трамвайной
остановки до церкви, я видел вдоль дороги много нищих, пожилых и еще не старых мужчин и женщин. Некоторые были с маленькими детьми. Люди шли к церкви сквозь этот коридор попрошаек, многие давали нищим мелкие деньги.

Бабушка сунула мне несколько монет, и я отдал их какой-то женщине с девочкой лет 6-7. В это время возле нас на перекрестке остановился милицейский воронок. Из него вышли 2 милиционера и третий старший. Они стали стыдить нищих и требовать покинуть улицу и не нарушать общественный порядок. Особенно старался старший офицер, лет
под сорок, горластый и злой. Он подошел к той женщине, которой я подал
милостыньку и стал грозить ей, что заберет в отделение для составления
протокола и штрафа. При этом громко орал и возмущался. Женщина плакала и все твердила, что осталась одна без мужа, без работы и без денег, что больна и не нужна никому.

— Больна, так сиди дома
и лечись или ложись в больницу и не стой здесь, не распускай заразу!

Мы с бабушкой остановились, как и некоторые, шедшие рядом с нами.

— Антихрист, проклятый!
– тихо сказала бабушка. Люди рядом тоже стали негромко возмущаться.

Но старший только сильнее разъярился и схватил женщину за локоть, чтобы увести в машину. Тут из-за спины матери вышла эта девочка и с размаху ударила милиционера по руке. Тот от неожиданности отпустил женщину и уставился на девочку. А она как-то по-особому, искоса бросила на него взгляд и негромко сказала:

— Ты сам больной и будешь болеть пока не уйдешь к своей машине и не уедешь отсюда.

Офицер отступил на шаг назад, словно испугавшись и тут же согнулся пополам, схватившись за спину. Я услышал, как этот здоровый бугай взвыл от боли и чуть не упал. Ладно, подхватили его двое помощников. Девочка еще раз взглянула на него и погрозила ему своим маленьким пальчиком:

— Поезжай домой и лечи спину, а боль пройдет, как только сядешь в машину.

Офицера еле дотащили до машины. При этом он громко стонал, беспрерывно охал и скрипел зубами от боли. В машине больной немного успокоился. Двигатель заурчал и они унеслись в том направлении откуда приехали.

Мать поспешно схватила дочку в охапку твердя при этом:

— Лола, девочка моя, идем, скорее… Уходим отсюдова!

Пока мы шли к церкви, в голове у меня все время не утихал шепот и негромкие слова сидевших рядом нищих:
…Это заступница наша…, Посланница Богородицы…, Заслонница…,
Справедливица…

Служба в церкви произвела на меня в тот день большое впечатление: и разодетый батюшка, и хор, певший на несколько голосов, и картины, и свечи… В общем, забыл я тогда про эту храбрую девочку.

______

 

А ночью мне приснился необычный сон. Я видел себя в образе офицера милиции, сидевшего в конце дня в дежурке. Рядом дежурный – тоже офицер и как-бы мой старый друг вроде.

— Завтра Пасха, — говорю я другу, — праздник!

— Ага, а у меня выходной завтра!

— А у меня дежурство, тоже «праздник», и опять к церкви ехать.

— Побирушек гонять?

— Ну да, будь другом, выручи, съезди завтра туда за меня, ну не могу я после того случая, помнишь, осенью?

— Как же, помню. Ты после этого уже полгода сам на себя не похож. Добрым через чур стал, не кричишь, как раньше. Подозреваемых на Вы называешь, задержанным адвокатов предлагать стал. Умора с тебя…

— Ну, выручи, я потом 2 дежурства за тебя отбатрачу!

— Слушай, я вообще-то атеист и в эту фигню не верю… но, как говорят – береженого… сам знаешь!

— А что делать?

— Давай я вечером со своим невропатологом потолкую за ужином, чтобы она тебе завтра с утра бюллетень накатала.

— Давай, — обрадовался я…

И тут зазвенел будильник. Пора было завтракать и собираться в школу. А я не хотел просыпаться. Ведь в голове сверлила одна-единственная противная мысль – я же забыл спросить друга:

— Во сколько мне на прием то идти к его жене?

 

                                                  *    *    * 

 

Часть 2. Грешник.

blank

В тот весенний майский день занятия в школе закончились рано. Не было еще и двух часов дня, когда я шел домой с мыслями о том, как лучше провести вторую половину этой пятницы. Тут со двора ближайшего дома раздались звуки траурной музыки. Из-за угла дома появилась похоронная процессия, причем довольно значительная. Народу было много. Когда оркестранты вышли на улицу, а это была одна из центральных в городе, музыка смолкла, и ее исполнители потихоньку отстали от толпы.

Я незаметно приблизился к провожающим. В народе шли разговоры об умершем. Оказывается, это был какой-то крупный городской чиновник, еще год назад успешно исполнявший свои высокоответственные обязанности. Что-то заинтересовало меня в неясных обрывках разговоров об этом человеке. Говорили, что заболел он год назад и что у него начались проблемы с головой.

Кто-то сказал в толпе:

— Говорят вирус у него был какой-то особенный…

— Болел он! Начальство наше давно болеет…вирусом равнодушия.

— Точно, равнодушия к людям, их бедам и проблемам.

Говорили, что слег он полгода назад и больше не вставал, хотя врачи бегали за ним толпой, да видно без толку.

А за месяц до кончины у него вообще «поехала крыша». Он вызвал к себе нотариуса и велел переписать завещание, где в новом указал, что все его имущество и все его деньги передать нищим, проживавшим в доме №8 на поселке Крылова. Причем разделить это всем поровну. Всю неделю перед своей смертью, находясь в бреду, он твердил:

— Я остался ей должен. Я хотел… Очень… Но я не смог… Не успел… . Простите меня, люди! Я так и не узнал, как ее зовут… Узнайте, кто была эта девочка? Пусть она простит меня!

Последний день он все просил узнать ее имя. И умер с памятью о ней, так и не узнав ее имени.

Я протолкался к гробу и увидел лицо покойного. Он сильно постарел, с тех пор, как я видел его в тот раз. Это было ровно год назад.

Я тогда учился в 7-м классе и как-то после уроков мы носились с друзьями по недостроенному Дому пионеров. Как вдруг прибежал к нам пацан из соседнего дома. Он вечно раньше других узнавал обо всех новостях в районе.

— В поселке Крылова двухэтажку сносить будут! Пошли позыркаем! Вчера оттуда всех бомжей вывезли…

И мы помчались в поселок. Действительно, возле старого 2-х этажного барака стоял кран с подвешенным на тросу большим чугунным шаром. Барак был собран задолго до войны из шпал, пропитанных креозотом и наверняка простоял бы еще не знаю сколько лет. Рядом уже собралась толпа зевак. В этой толкучке мы узнали человек 5-6 бомжей, живших в этой развалюхе. В доме было 2 подъезда, и возле каждого стояли, взявшись за руки, их несчастные жители, в основном старики и женщины. От дома к крану постоянно сновал юркий мужик с каской на голове и кричал крановому:

— Леха! Давай заводи и ехай ближе. Они в момент разбегутся!!

Но крановщик, вначале угрюмо молчавший, вдруг разразился трехэтажным матом, послав своего мастера куда-то очень далеко…

— Там же люди, живые! Сволочь ты, Васильич!

Васильич наконец понял, что одному ему с толпой бомжей не справится и побежал звонить начальству. Начальство не замедлило подъехать на крутой Волге. В толпе зашептали:

— Приехал сам председатель райисполкома. Щас порядок наведет…

Председатель шагнул к бомжам.

— Мы же вчера вас вывезли за город в брошенную деревню. Там было несколько домов. Все бы устроились.

— Энти дома у черта на куличках. Мы оттуда 3 часа пешком шли. Там нет ни людей, ни магазинов. А дома-то чуть живые, крыши худые, ни дверей ни окон…А здесь мы уж лет десять, а то и больше живем, никому не мешаем . Тут вот и останемся, валите дом вместе с нами, хоронить не надо будет…

И тут я увидел, как из подъезда вышла девочка, та самая. Я сразу же вспомнил ее. Мне показалось, что она нисколько не повзрослела. Тот же вздернутый носик. Те же косички с дешевыми голубыми бантиками, красный беретик, осеннее пальтишко поверх платьица в синий горошек, синие башмачки.

Она смело подошла к председателю и звонко так, что было слышно всем притихшим зрителям, с обидой в голосе произнесла:

— Ты по что отнимаешь у людей последнее? Построй для них сначала новый дом, потом ломай старый!

— Милая деточка, — председатель вытер платочком пот с лица и затылка, — где же я денег то на строительство приюта для бездомных возьму. Мне и для рабочих строить средств не хватает.

— Даешь слово, что построишь для бездомных этот приют – дам я тебе денег!

— Ну, даю слово! — председатель усмехнулся.

Девочка подошла вплотную ко входу в подъезд и показала на неприметный полушпалок, сидевший в стене среди других шпал на верхней части кирпичного цоколя, возвышавшегося над фундаментом дома.

— Нужно аккуратно выдернуть это бревно из стены здания. Оно поддастся, пусть рабочие железками его подцепят с двух сторон!

— Виктор Васильич! – председатель позвал мастера. – Давай, зови сюда своих архаровцев, проверим, что там за бревном?

Мастер подвел двух рабочих с ломами, стоявших немного в стороне от дома. Те тут же подналегли на полушпалок с 2-х сторон и, к удивлению всех присутствующих, довольно легко вытащили его из своего гнезда.

Мы с ребятами подбежали поближе и увидели открывшуюся в кирпичной кладке цоколя нишу, а в ней чугунок с крышкой, литров на 5 не меньше.

— Ребята, доставай, скомандовал мастер!

И двое общими усилиями с трудом вытащили чугунок из тайника, но не удержали и уронили его на землю. От удара крышка из чугунка выпала и оттуда посыпались желтые монетки. Чугунок был доверху наполнен золотом.

Мои пацаны с восхищением загалдели:

— Вот это девчонка! Во дает!

А я с гордостью сказал тогда пацанам:

— Это Лола! Я ее знаю…

Они с завистью смотрели на меня.

Дом тогда все же свалили. Председатель райисполкома так и не сдержал свое слово. Возможно, просто не успел это сделать, возможно так и не сумел – не знаю. Люди говорят, что денег там было на несколько таких ночлежек.

__________

 

Я шагал вплотную с гробом, рядом с приглашенным батюшкой. Тот шел, постоянно крестился и просил успокоения души умершего. Я тронул его за рукав рясы.

— Батюшка, это очень плохо, что покойный не успокаивается?

— Да, отрок, — подтвердил поп, — Его мучала одна мысль перед смертью. Он все искал какую-то девочку и просил узнать, кто она и как ее зовут? Неисповедимы пути Господни! Теперь мысль эта терзает душу его…

— Исповедимы, батюшка, пути эти — возразил я ему. Поп с удивлением воззрился на меня.

— А душа его слышит нас?

— И слышит и видит!

— Тогда я знаю, как успокоить его душу…

Я протолкался ближе к лицу бывшего председателя, нагнулся над гробом и закричал на всю улицу:

ЕЁ ЗОВУТ ЛОЛА! СЛЫШИШЬ? ЛОЛА, ЛОЛА, ЛОЛА!

blank

blank 663
Читать мистические истории:
guest
4 комментариев
старее
новее большинство голосов
Inline Feedbacks
View all comments
Owl2221
17.07.2020 11:32

Браво! Вы как всегда на высоте! Grande storia! Sontuosamente! (:clap:) (:clap:) Как всегда, прочитал с превеликим удовольствием. Все ваши рассказы, включая этот, perfetto!

Owl2221
Ответ на  Fluid
17.07.2020 22:13

Ну, это вам решать, когда печатать и печатать ли. Будете писать – прочитаю. Очень интересны уж ваши рассказы. Только вы при написании поокуратнее. А то я не только на итальянском, я уже на немецком или французском выражать восхищение.